На последнем судебном заседании Галина Алексеева, архитектор и лауреат премии основателей Екатеринбурга В.Н. Татищева и Г.В. де Геннина, ранее участвовавшая в процессе как заинтересованное лицо, подала ходатайство о вступлении в дело в качестве административного соистца. Суд ходатайство удовлетворил. Также она выступила со своим словом, которое мы публикуем полностью ниже, так как в нём отражены очень важные факты о здании на Воеводина, 6, и все эмоции, которые испытывает архитектор, когда понимает, что такое историческое наследие может быть снесено в алчных и сиюминутных интересах ради постройки на его месте очередного торгового центра.
Напомним, Свердловское региональное отделение ВООПИК продолжает оспаривать отказ Управления государственной охраны объектов культурного наследия Свердловской области включить «Здание Дома обороны» в Единый государственный реестр объектов культурного наследия. Галина Алексеева выступила заявителем постановки здания на государственную охрану, когда ООО «Росив», напротив, разработало проект его сноса и выступило заказчиком отрицательной историко-культурной экспертизы.
Ранее мы публиковали интервью, в котором эксперт по конструктивизму Екатерина Сосунова, до этого выступавшая на Рабкоре, рассказала о ситуации вокруг здания на Воеводина, 6, и писали о серии из более чем десяти пикетов против сноса памятника архитектуры.
Мы призываем вас приходить на следующие судебные заседания и предавать происходящее максимальной огласке, ведь каждый человек в зале и каждое упоминание этих событий в СМИ — это сигналы, что судьба исторического здания небезразлична гражданам нашей страны!
Следующее заседание состоится 20 мая в 11:00, суд пройдёт по ул. Московская, д. 120, корп. «А», 5 этаж, зал 9А. Не забудьте взять с собой паспорт!
Овод, ЛевСД
Выступление архитектора Галины Алексеевой на заседании суда, 22 апреля 2026 года:
Немного о себе. Я поступила в Уральский филиал Московского архитектурного института в 1967 году и окончила, уже Свердловский архитектурный институт, в 1973 году. Стаж работы 48 лет. Последние из них, около 20-ти лет, в должности главного архитектора проектов, в частности — здания Законодательного собрания Свердловской области, здания Ельцин-центра, административного здания «Башня Демидов» и других объектов. В 2016 году в составе авторского коллектива присвоено звание лауреата премии имени Татищева и де Генина в области строительства и архитектуры.
Теперь о том, почему я считаю, что здание на Воеводина, 6, надо сохранить. Вспоминаются слова из известного фильма: за державу обидно! Вся архитектура России из допетровской эпохи и после — это архитектура заимствованная. Сначала это Византия, затем Европа: Барокко, Рококо, Классицизм, Ампир, Модерн пришли к нам из Европы. Да, российские архитекторы талантливо работали с этими стилями. Но вот случилась катастрофа первой мировой войны, потом революция, мир основательно тряхнуло. А в России зародился новый архитектурный стиль – конструктивизм. То, что это, подчёркиваю, русский стиль признано мировой культурой. Да, близкий, но далеко не аналогичный стиль появился и в Европе и там он имеет название функционализм. Но конструктивизм — это стиль русский и да, советский. Для себя я вынесла такое определение: функционализм, в частности школа Баухауза, во главу угла ставит человека, а конструктивизм — человечество. Советские конструктивисты проектируют не просто жилые здания, а жилищные комбинаты с обширными функциями: здесь жильё, клубы для массового отдыха и занятий, пищевые и бытовые комбинаты и медицинские учреждения. Именно в русском конструктивизме, в его жилых, медицинских, спортивных комплексах наиболее полно воплотились идеи гуманизма и прогрессивного, развитого общества. И таких комплексов в нашем городе много, и каждый уникален, как своей архитектурной идеей, так и эстетическим обликом. От приезжих архитекторов я неоднократно слышала восхищённые фразы: как много у вас конструктивистских зданий! Конструктивизм в основе архитектуры модернизма и современной архитектуры. Архитектор с мировым именем Заха Хадит вдохновлялась русским авангардом и конструктивизмом. Есть её высказывания об этом.
Сейчас очень расхожей стала фраза: «Екатеринбург — столица конструктивизма». Так почему же в столице конструктивизма одно за другим уничтожаются эти здания? Когда я узнала, что здание по Воеводина, 6, собираются сносить, то обратилась за помощью в ВООПИК. Стала изучать доступные документы, которых, увы, не так и много. Я рассматривала эти эскизы, обрывки чертежей не так, как их рассматривает искусствовед, а как архитектор, всю свою профессиональную деятельность, занимающийся рабочим проектированием. Комплекс зданий Дома Обороны, подчёркиваю, – комплекс, частями которого являются клуб ДОСААФ и корпус по Воеводина, 6, проектировался многофункциональным. В документах периода строительства присутствуют такие названия зданий: управленческий корпус, учебный корпус, физкультурный корпус. Здание на Воеводина, 6 — это управленческий корпус. И это многофункциональное здание. В подвале располагались столовая с двумя залами (большим и малым) и предполагалась выдача блюд на дом, а также парикмахерская, биллиардная, Ленинский уголок. С первого по пятый — помещения различные: от бухгалтерии до актового зала. Шестой этаж — жилой. Часть — это квартиры, часть — общежитие. Меня, как архитектора, заинтересовало наличие 4-х лестниц. Обычно, для такого размера здания их достаточно две. И я думаю, что я верно поняла идею Георгия Павловича Валёнкова – с помощью лестничных клеток предусматривается функциональное разделение на общественную доступную зону и приватную жилую зону. Дело в том, что по двум лестницам можно было подняться только со второго по пятый этаж. А по двум другим только на шестой, туда, где располагались квартиры. И в конструкции именно этих лестничных клеток предусматривалось место для лифта. И судя по планам БТИ, в одной из них лифт есть. Это очень красивое и остроумное архитектурное решение, возможно уникальное. Кроме того, этаж с квартирами предусматривает протяженные балконы на обоих фасадах. Жизнь вносит свои коррективы в архитектурные решения, и квартиры появились во время строительства и на 5-м этаже. И в лестничных клетках, судя по планам БТИ, были пробиты дополнительные проёмы на пятом этаже. Многочисленные правки чертежей периода строительства подтверждают это. Фасады. Оконные проёмы не ленточные, но имеют вытянутую форму, что в массе создаёт поэтажные горизонтали, которые противопоставлены вертикальному остеклению лестничных клеток. Когда-то лестничные клетки были остеклены сплошным витражом, что абсолютно соответствовало эстетике конструктивизма. И на мой взгляд, при реставрации эти витражи надо восстановить. Если включить воображение, то перед нами переосмысление элементов классического ордера в стиле конструктивизма: протяженные балконы шестого этажа формируют своеобразный «конструктивистский» архитрав и тогда верхний этаж превращается в аттик и здание получает логическое завершение по высоте. В торцах здания архитектор расположил открытые полукруглые балконы с легким решетчатым ограждением, которые являются прямой отсылкой к круглому витражу лестничной клетки учебного корпуса (название в соответствии с документами периода строительства), что ещё раз подчеркивает единство архитектурного образа комплекса дома обороны. Со временем по обоим берегам реки Исеть сложился единый архитектурный ансамбль, единая небесная линия из зданий близких по этажности и по эстетике. Рядом с творением Валёнкова мы видим здания, выполненные по проектам Захарова, Макарова, Неймана, Голубева.
Уничтожить здание на Воеводина, 6 просто, создать что-то столь же гармоничное и уникальное почти невозможно. У меня есть мечта, и такая же мечта есть у многих и многих граждан и патриотов нашего города: отреставрировать все конструктивистские здания и комплексы и тогда в Екатеринбурге будет музей конструктивизма под открытым небом. И, поверьте, к нам будут ездить архитекторы не только российские, и не только архитекторы. Это будет архитектурный туризм. Ведь Екатеринбург — столица конструктивизма?
Фото предоставлено Свердловским региональным отделением ВООПИК
