Пару недель назад мы с коллегой сидели на рабочей кухне и обсуждали листовки «Русской общины», которые начали появляться на фонарных столбах в разных районах города. Листовки обманчиво нейтральные – РО обещает помогать уязвимым, учить желающих самообороне, развивать местное предпринимательство. Если не обращать внимания на количество повторений слова «русский» в шести предложенных пунктах, может показаться, что это не агрессивная ультраправая организация, а коммуна нового типа.
А на днях я прошла половину небольшого московского района по его магистральной улице и сняла несколько листовок «Чёрной сотни». Черносотенцы степень своей заряженности не скрывают, у них на всех листовках один лозунг: «Москва – русский город».
Когда идёшь ночью по длинной улице, есть время подумать. Начать можно с того, что Москва, конечно, город не русский, а российский. Не только потому, что принадлежность к стране обозначается именно этим словом, но и потому, что это корректнее с социокультурной перспективы. Как второй по значимости город империи, а потом столица, Москва давно стала многонациональной точкой притяжения. Российская (пост-)имперская идентичность по определению многосоставна, и идентичность столичная просто не может быть иной. А если хочется усомниться в этом, можно попробовать вспомнить хотя бы одну империю, в которой (и в крупнейшем городе которой) нет и не было этнического разнообразия.
Продолжить можно тем, что Москва, конечно, город не русский, а денежный. Все ресурсы – здесь, все кадры – здесь, все возможности – здесь. Что-то достаётся другим мегаполисам, но по большей части люди – и россияне, и иностранцы, в Россию переезжающие – грезят именно Москвой. Сюда перебираются те, кто на малой родине может даже не мечтать о финансовой и социальной стабильности, шажочке вверх по карьерной лестнице, хорошей зарплате.
Государство десятилетиями не создаёт рабочих мест в российских регионах, не развивает в них инфраструктуру, не даёт людям возможности развиваться «у себя дома» – и люди закономерно начинают искать лучшей жизни в другом месте. Это не исключительно российская особенность – но становится ли от этого легче?
Мне как интернационалистке полиэтничность города и количество «приезжих» вообще не мешает. Но тем, кому мешает, предложила бы задуматься о том, что «исправить» ситуацию в долгосрочной перспективе могут не зачистки «своей» территории от «чужих» людей, а адекватные дотации в регионы страны, развитая социальная структура за пределами крупнейших её городов, достойная оплата труда и, в общем-то, сама возможность трудиться в непосредственной близости от родного дома.
А пока хочется верить, что большинство москвичей не склонно вестись на популистские лозунги, за которыми не стоит ничего конструктивного.
Авторство: Осень, ЛевСД-Москва
